Почему банки – основной игрок в сфере устойчивого развития

И как экологическая повестка стала приоритетной не только для правительств, но и для бизнеса

"Ведомости", 02.06.2021, Татьяна Павлова

В прошлом году исполнилось пять лет двум важнейшим инициативам в сфере устойчивого развития – принятию странами – участницами ООН глобальных целей устойчивого развития и подписанию Парижского соглашения, по которому 196 государств обязались приложить совместные усилия для решения проблемы изменения климата и сокращения выбросов парниковых газов. С тех пор экологическая повестка стала приоритетной не только для правительств, но и для бизнеса. Одну из главных ролей в глобальном процессе сокращения выбросов CO2 (декарбонизации) играют банки, которые последовательно наращивают долю зеленого финансирования в своих кредитных портфелях.

По данным исследовательской службы BloombergNEF, в 2020 г. объем долга, привлеченного на цели устойчивого развития, составил $732,1 млрд, что на 29% больше уровня 2019 г. Наибольшей популярностью пользовались социальные и зеленые облигации. Однако параллельно с рынком бондов стремительно развивается и рынок зеленого кредитования, на который пришлось $80,3 млрд прошлогоднего прироста. Еще $119,5 млрд составляют ссуды, привязанные к целям устойчивого развития.

На западных рынках зеленые кредиты уже не экзотика. В 2018 г. специально для таких инструментов Ассоциация кредитного рынка (Loan Market Association), объединяющая свыше 600 участников европейского рынка кредитования, разработала принципы зеленых кредитов (The Green Loan Principles). В частности, в договоре кредитования должно быть прописано, что привлеченные средства пойдут на экологические проекты, а заемщику необходимо представить документы, подтверждающие, что проект относится к категории зеленых. Учет таких кредитов отделяется от остальных заимствований, чтобы средства не пошли на иные цели (т. е. у компании для этих денег должны быть отдельные счета). Более того, заемщик должен регулярно раскрывать кредиторам информацию об использованных средствах.

Никто, кроме них

Крупные банки становятся драйвером ESG-трансформации, финансируя инициативы по переходу к низкоуглеродной экономике, консультируя и стимулируя внедрение зеленых инициатив компаний тех отраслей, которые не соответствуют принципам ответственного финансирования. К примеру, Wells Fargo, Goldman Sachs, Citigroup и UBS перестали финансировать добычу энергоресурсов в Арктике. Другой банковский гигант – JPMorgan в ближайшее десятилетие пообещал выделить $2,5 трлн на поддержку инициатив в сфере борьбы с изменением климата и обеспечение устойчивого развития.

Как показал глобальный опрос KPMG International, почти три четверти руководителей банков заявили, что будущий рост их организаций будет в значительной степени определяться способностью предвидеть и ориентироваться на переход к низкоуглеродной экономике с «чистыми» технологиями. Эксперты компании опросили 1300 руководителей компаний разных отраслей в 11 странах с крупнейшими мировыми экономиками.

Грант для экологии

Газпромбанк – владелец промышленных активов, например производителя бурового оборудования «Уралмаш НГО холдинг». С прошлого года заработал механизм утилизационного гранта для отечественного бурового оборудования. Банк инвестирует значительные средства в машиностроительный сектор и считает значимой поддержку со стороны государства, говорил Панов в интервью BFM.

«Банки – своего рода посредники между инвесторами и заемщиками и принимают на себя риски ответственного инвестирования. Внедряя собственные ESG-политики и стратегии, банки интегрируют учет ESG-факторов в кредитный процесс в рамках управления рисками и стимулируют переход заемщиков к устойчивому развитию. Также они помогают компаниям привлекать финансирование, выступая организатором зеленых размещений и разрабатывая новые услуги. С учетом растущего объема капитала под управлением ответственных инвесторов (сейчас в мире это более $100 трлн) все больше банков будет активизировать финансирование компаний, анализирующих свои ESG-риски и возможности», – указывает первый вице-президент Газпромбанка Роман Панов.

Помимо смены приоритетов в сторону ESG-повестки существует еще много причин, почему банки стали кредитовать экологические проекты. В их числе репутационный фактор, расширение базы клиентов с хорошим кредитным профилем, а также льготы. Так, второй по величине банк США Bank of America в прошлом году сэкономил на налоговых льготах $3 млрд, предоставляемых законодательством США инвесторам в проекты, связанные со строительством доступного жилья и возобновляемыми источниками энергии.

Процесс пошел

Большое внимание экологической теме стали уделять и российские банки, многие из них внедрили в кредитный процесс ESG-оценку заемщиков и начали выдавать кредиты, условия которых привязаны к показателям устойчивого развития. Более того, многие банки из России стали включать в свои ESG-политики так называемые стоп-листы, перечни отраслей и предприятий, которые банк не финансирует либо финансирует ограниченно с учетом жестких критериев.

В Газпромбанке действует политика по устойчивому развитию, определяющая единые подходы банка в этой области. Банк, например, не финансирует или существенно ограничивает проекты по производству либо торговле озонразрушающими веществами или связанные с перевозкой нефти танкерами, которые не имеют действительных сертификатов Международной морской организации (IMO) ООН.

Газпромбанк стремится к финансированию проектов, которые позволяют рационально использовать природные ресурсы, приводят к снижению негативного воздействия на окружающую среду, способны принести весомую экологическую отдачу, рассказал Панов. К примеру, банк готов предоставить свою электронную торговую площадку под создание механизма внебиржевой торговли квотами на выбросы парниковых газов и уже ведет на эту тему диалог с правительством Сахалинской области и профильными ведомствами.

«Опережающая ESG-трансформация в банковской системе может усложнить доступ к ликвидности компаниям из реального сектора, которые не уделяют достаточного внимания принципам устойчивого развития. Внедрение ESG-оценки заемщика крупнейшими банками, обладающими значительными финансовыми ресурсами, приведет к неизбежному формированию и внедрению принципов устойчивого развития в компаниях из реального сектора. А введение KPI на ответственные инвестиции послужит стимулом для будущих эмитентов», – отмечают аналитики «Эксперт РА» в исследовании, посвященном рынку устойчивого финансирования.

Уровень экологических, социальных и управленческих стандартов в России в настоящее время является довольно низким в сравнении с международными рынками, особенно со странами – членами ЕС, однако крупнейшие российские компании и финансовые институты уделяют ESG все больше внимания, констатирует международное рейтинговое агентство S&P. Наибольший прогресс в сфере ESG в России демонстрируют крупные экспортеры, а также компании, взаимодействующие с иностранными инвесторами. Они уже ощущают давление со стороны международных инвесторов и конечных потребителей, которые стремятся снизить выброс парниковых газов во всей производственно-сбытовой цепочке.

В 2020 г. несколько российских компаний получили зеленые кредиты или кредиты с привязкой к ESG-факторам. В частности, Polymetal привлекла зеленый кредит от французского банка Societe Generale на $125 млн для финансирования проектов по переходу к устойчивой и низкоуглеродной экономике, горно-металлургическая компания «Металлоинвест» внесла изменения в условия синдицированного кредита на 200 млн евро, в соответствии с которыми процентная ставка привязана к ключевым показателям эффективности кампании по устойчивому развитию. Ранее, в 2019 г., крупнейший производитель алюминия UC Rusal привязал сделку предэкспортного финансирования объемом $1,085 млрд к ключевым показателям эффективности в области устойчивого развития.

В этом году Газпромбанк выдал кредит на 40 млрд руб. и получил 49,5% в компании «ВетроОГК-2» (входит в «Росатом»), которая строит ветровые электростанции в России. Кредит привязан в том числе к целям устойчивого развития.

Зеленые стимулы

Несмотря на бум 2020 г., Россия пока выглядит отстающей по сравнению с мировыми лидерами – как по объему, так и по диверсификации целевого использования, признает «Эксперт РА». Российский рынок устойчивых облигаций составляет всего $2 млрд против объемов на международном рынке в $1,3 трлн. ESG-трансформация в России пойдет быстрее, после того как государство сделает практические шаги в регулировании этой сферы и введет льготы для зеленого финансирования, полагают опрошенные участники рынка.

Российские банки в своей кредитной и инвестиционной политике в значительной степени зависят от Банка России. Сейчас многие ESG-проекты по своим параметрам могут быть отнесены к высокорискованным, потому что, как правило, у них длительный срок окупаемости и высокий уровень Capex, что снижает свободный денежный поток, говорит Панов. При принятии ряда регуляторных мер, считает он, ситуация может измениться. В частности, если ЦБ повысит категорию качества ссуды под ESG-проекты для формирования резервов, снизит уровень требований к кредитному рейтингу эмитента по ESG-облигациям и смягчит требования к уровню капитала кредитующих организаций, которые реализуют проекты, соответствующие ESG-принципам.

Немаловажную роль в процессе развития ответственного финансирования должна играть и государственная поддержка через создание льготного налогового режима в части процентного дохода для инструментов в сфере устойчивого развития (по аналогии с ОФЗ), частичное государственное финансирование проектов, предоставление госгарантий возврата вложений, а также расширение практики субсидирования купонного дохода по облигациям и процентной ставки по кредитам для таких инструментов, отмечает Панов. «На текущем этапе развития финансовой системы внедрение ESG-принципов компаниями помимо различного рода наказаний может и должно стимулироваться более привлекательными условиями. Здесь в ход идут приоритетность доступа к финансированию, снижение процентных ставок и эффект Greenium, когда инвесторы готовы платить премию за зеленые инструменты по сравнению с обычными. Важное стимулирующее значение для гармоничного развития ответственного финансирования имеет совершенствование нормативно-правовой базы. Полагаем, что уже в 2021–2022 гг. отдельные, наиболее важные, нормативные и регуляторные новеллы вступят в действие, существенно ускоряя переход российского бизнес-сообщества на принципы устойчивого развития», – указывает он.


Поделиться новостью: