Содержание
Выпуск №34 июль 2025
Новый отчет MSCI «Transition Finance Tracker» предлагает оценку соответствия деятельности корпоративного сектора глобальным климатическим целям. Притом, что 60 % компаний заявили о климатических KPI, лишь 12 % ведут свою деятельность в соответствии с траекторией, необходимой для достижения цели Парижского соглашения по удержанию потепления в пределах 1,5 °C. Представляется, что необходима большая сопряженность мероприятий по декарбонизации и корпоративного целеполагания.
Институт устойчивого развития MSCI (MSCI Sustainability Institute), исследовательский центр одного из крупнейших в мире провайдеров финансовых индексов, базирующийся в США, в апреле 2025 года представил обновленный отчет «Transition Finance Tracker» (далее
— Отчет). Данный документ, пришедший на смену предыдущим версиям, расширяет фокус с простого отслеживания выбросов до комплексного анализа финансовых потоков, инноваций и рисков, связанных с переходом к низкоуглеродной экономике.
Разрыв между целями и прогнозами
В центре Отчета — оценка так называемого «подразумеваемого повышения температуры» (Implied Temperature Rise). Эта метрика показывает, какому сценарию глобального потепления соответствует деятельность компаний. Согласно медианному прогнозу Отчета, текущие климатические стратегии публичных компаний соответствуют потеплению на 2,7 °C. При этом 61 % компаний находятся на траектории, превышающей 2 °C, а почти четверть (24 %) исполняют более чем на 3,2 °C.
Эти прогнозы появляются на фоне роста числа корпоративных обязательств. По состоянию на март 2025 года, 14 % публичных компаний получили одобрение своих климатических целей от инициативы Science Based Targets (SBTi) — почти на пять процентных пунктов больше, чем годом ранее. Но этого недостаточно для изменения общей траектории.
Отдельное внимание в Отчете уделено энергетическому сектору. Мировое энергоснабжение увеличилось примерно на 2 % в 2024 году, чему способствовал рост спроса на все виды энергии. В частности, глобальная генерация электроэнергии на угле выросла на 1,4 % и достигла нового исторического максимума в 2024 году.
Глобальный контраст: развитые и развивающиеся рынки
Отчет выявляет значительное расхождение в динамике между экономическим ростом и уровнем выбросов в разных регионах. В развитых странах наблюдается так называемый «декаплинг» — разрыв связи между экономическим ростом и выбросами ввиду постановки акцента на развитие сферы услуг. С 2015 по 2023 год выручка публичных компаний из развитых стран выросла на 49 %, в то время как их выбросы сократились почти на 25 %.
Совершенно иная картина в развивающихся странах. Здесь экономический рост попрежнему тесно связан с увеличением выбросов. За тот же период выручка компаний выросла более чем вдвое, а выбросы — на 65 %.
Это разделение скрывает за собой важные национальные различия, особенно заметные на примере крупнейших эмитентов. Первые три места в этом списке занимают Китай, США и Индия. Так, например, США обладает наименее углеродоемкой энергосистемой из этой тройки (43 % генерации из низкоуглеродных источников). А Китай, в свою очередь, является безусловным лидером не только по объемам потребления ископаемого топлива, но и по патентам и росту выручки в сфере чистых технологий.
«Переходные» инвестиции
Одним из ключевых трендов, отмеченных в Отчете, является рост так называемых «переходных» финансов. Суть этого подхода заключается в смещении фокуса инвесторов — от простого исключения из портфелей углеродоемких компаний к целенаправленному инвестированию в их трансформацию и декарбонизацию.
В рамках европейского регулирования, например, существуют два основных типа климатических ориентиров (бенчмарков) для инвестиционных фондов: соответствующие Парижскому соглашению (Paris-aligned Benchmarks — PAB) и «переходные» (Climate Transition Benchmarks — CTB).
Фонды, следующие PAB, стремятся к немедленному и существенному снижению углеродной интенсивности своего портфеля. Они, как правило, исключают компании, связанные с ископаемым топливом, и соответствуют самым строгим целям Парижского соглашения.
Фонды, следующие CTB, придерживаются иной стратегии. Они целенаправленно инвестируют в углеродоемкие сектора, такие как коммунальные услуги, промышленность и энергетика, чтобы финансировать их переход на чистые технологии.
Поэтому текущая углеродная интенсивность «переходных» фондов значительно выше (по данным Отчета, почти в пять раза выше, чем у PAB-фондов). Они работают с проблемой изнутри, а успех таких фондов измеряется не низкой начальной углеродной интенсивностью, а ее динамикой снижения с течением времени.
Особенно активно в этом направлении работают фонды частного капитала. Согласно Отчету, 40 % их инвестиций в климатические проекты направляются в сектор коммунальных услуг, который, безусловно, является одним из крупнейших источников выбросов, обладая при этом значительным потенциалом для декарбонизации. Для сравнения, публичные климатические фонды направляют в этот сектор лишь 8 % своих активов, предпочитая более «чистые» отрасли, такие как информационные технологии (22 %). Подобное расхождение в стратегиях объясняется разным уровнем корпоративного контроля. Фонды частного капитала, как правило, приобретают крупный пакет акций компаний. Это дает им возможность напрямую участвовать в формировании советов директоров и утверждать долгосрочные инвестиционные программы, обеспечивая операционный контроль над реализацией планов по декарбонизации. В отличие от них, публичные фонды управляют диверсифицированными портфелями и как миноритарные инвесторы ограничены в возможностях прямого воздействия на операционную деятельность компаний.
Источники:
https://www.energyinst.org/statistical-review
С полным номером «Климатического вестника» № 34 можно ознакомиться по ссылке: https://www.gazprombank.ru/bitrix/download/7949059/
Автор: Анна Андрюшина
